Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

небо рядом

циклон Vincent

Пластический хирург взял хрящ из ребер пациента, чтобы вырастить новое ухо. После того, как оно полностью выросло, его пересадили с руки на голову.

orig-258-1618101337.jpeg

циклон  Vincent

не случилось не сбылось не срослось

научились быть поврозь не вопрос

научились не летать не потеть

не случилось повстречать злую смерть

торопился не успел опоздал

и напился и прозрел к поездам

уходящим на восток на восток

в настоящем только неба глоток

в настоящем только лета уют

белым ящуром поэтовых пут

белым облаком и снего-дождей

белый колокол не помни о ней

и не думай не томись не взывай

небо руны клинопись скоро май

скоро край и рай и радости свет

потеряй и проиграй лучше нет

у безумия законы свои

бледной мумией парады любви

не случилось не сбылось не судьба

не сличилось злость-на-злость ворожба

ворожеи от ворот поворот

неужели верит любит и ждёт

да неужто да за что же ты мне

белой тушею без кожи в окне

солнца пузо салом алым течёт

необузданности жалости счёт

карнавалы жаль-венеции жар

не бывало так острее ножа

тонких лезвий хирургических сверк

солнцем лезет псаломическим век

человек ты или не или да

на войне как на войне в никуда

в никогда из ниоткуда поврозь

не случилось не сбылось не срослось



небо рядом

не сходи с ума, ты простудишься


не сходи с ума, ты простудишься


– Любимая дорогая… – Любимый мой дорогой…
У нас теперь жизнь другая и не будет такой другой.
Ни слова, немые буквы. Забытое – по слогам.
Я люблю тебя всей разлукою, никому тебя не отдам.
Белый вечер и ночь, белее стёртых клавиш слепого дня.
Мне милее блаженств елея – знать, что любишь и ты меня.

Старый город дрожит, бледнея, растворяясь в туманной мгле.
Я хочу быть сегодня с нею! – Лунным отблеском на игле
древней скуки Адмиралтейства, плеском волн в берегах Невы,
всем геройством, всем чародейством, солнцем, небом, клочком травы
под ногами её, дыханьем, поцелуем, скользнувшим с губ…
– Утро доброе! – Утро раннее! – Сердце ранено – сквозь и вглубь.

небо рядом

когда синий вечер медленно опускается

художник Фрэнк Брэмли 1909

yF7XGqapdNk.jpg


когда синий вечер медленно опускается

я тебя безумно люблю, но ты об этом никогда не узнаешь


Безумная любовь? И так ещё бывает?
Чтоб сразу в смерть и в кровь и чтобы чуть живая.
Безумная? О, нет… Ни разу ум за разум
и, как сказал поэт, любовь – это зараза.
С учётом ныне здесь, страшнее только морги.
Коварство скуки – лесть монументальных оргий.
О, дробное число… Письмо, подробней были.
Загробным – ремесло. Меня так не любили.

Март. Солнце. Лужи. Снег. Индеец бледнолицый
мне в спину смотрит. Нет! Ну, как тут не влюбиться?
Столицы двух миров. Всего лишь часом – лёту,
и я уже здоров. Так штурманы – пилоту:
“Расслабься! Всё ништяк. Мы на автопилоте
дойдём, а ты приляг, не думай о работе”.
Не думай. Не молчи. Слепое небо выси.
Лечи меня, лечи. Дивись. Но лучше б – высек

из камня, в полный рост, чтоб – искры да кострища.
А, между прочим, – пост и, кажется, нас ищут.
… И рыщет аки лев, и жаждет поглотити …
Весёленький припев. А кто будет платить и…?
За нить небытия, прозрачней чудо-шёлка.
За то, что ты – не я с волшебною иголкой
(на острие её – зари вечерней стужа –
граната сок, быльё). За то, что был разбужен

(некстати, как всегда), очнулся полумёртвым.
Аэропорт. Среда. И – на разрыв аорты –
“Вас ожидает…” Нет... И кто все эти люди?
И где у вас буфет? Чья голова на блюде?
Что будет? – Танец дня! – Простите, не танцую.
Что? Прикурить? Огня? А можно – поцелую?
Вот, собственно, и вся история болезни.
Не лечится! Нельзя. Смешней и бесполезней –

прогулки у пруда, подтёкшего ручьями.
И что теперь? Рыдать? Безлунными ночами
безумными. Ума тут, видимо, не надо.
У нас – весны зима Таврического Сада.

небо рядом

к батюшке




к батюшке

К батюшке – в ноги. Видишь! Прости.
Нашим немногим дай силы пройти
все испытания с честью. Моли
о даровании всем нам Любви,
Духа Победы и Веры Огня.
Знать дай и ведать, и сохранять
спокойствие силы – к спасенью души.
Прости нас! Помилуй. И поспеши
на помощь! Мы гибнем, не можем понять,
что происходит и с кем благодать.

Праведный Отче, святой Иоанн,
дай людям рабочим работы! От ран
страждущих – милостию исцели!
Вымоли нам Оправданье Любви.
Прости меня. Плачу. И много плачу,
приемля от алчных. Тебе – как врачу –
душу и сердце вверяю. – Лечи!
Учи покаянию, – жизни учи!
В ночи беспросветной, холодной и злой
твой голос – приветом надежды святой.
С Именем Бога, во Имя Его –
лёгкой – дорога и свет – над Невой,
вздыбленной, мрачной. Ты – с нами, ты – здесь!
Вечности Камень – привременным месть.

02.01.2021

запомни меня такой

другое небо



другое небо


Там, где каждая встреча – ожог. Там, где лето играет огнями.
Я уйду – помяни меня, Бог! Я вернусь – разговором с камнями.
Ты – нагретая солнцем твердынь – память времени в нерастворимом.
Ничего нет нам. Будет, остынь. Лишь мгновение неповторимо.

Миг – и нет нас – ни в этом, ни в том, что казалось текучести силой.
Не когда-нибудь и не потом, а сейчас – несравненной и милой
эта жизнь вдохновения. И неизведанной тайны уроки –
прикровенные тайны любви. И мне нравится путь одиноких.

С полувзгляда своих узнаёшь. Сердцу доброму много ли надо?!
Не пытайся унять эту дрожь. Так – волною к волне – света радость.
Там, где каждая встреча – недуг. Там, где спелое лето нагое.
Потеряемся, и не найдут. Все – другими и небо – другое.

небо рядом

в августе



в августе

Робкое солнце рассвета. Августа скорбные дни.
Господи, видишь всё…
Лета расцветающие огни, оплывающие медотечью.
Горечь красной рябины и сок лесной ягоды чёрной.
Не лечит меня время. …
А наискосок от проплешины перелеска – изумрудное озерцо
гладью вечности, хладом блеска нарумянивает лицо.
Предосенней улыбкой солнца оживают глаза любви.
Тихой песнею сердце льётся, умилением света и
нежно-пряною, ароматной, плодородною жаль-волной.
А дороги-то нет обратной нам. И кому по пути со мной?

небо рядом

на память



на память

Вот уже четвёртый год на окне у нас растёт
новая рассада – для души отрада.
Подрастёт и на погост – на могилки – в полный рост –
украшеньем в память, чтобы крепче спали
сном спокойным милые дорогие.
– Снились мне.
Принесу вам радости от печали-жалости.
И в часовне Ксении Светом Воскресения
помолюсь о вас, друзья. Жаль, обнять уже нельзя.
Доживём до встречи! Время-то не лечит,
расставанье – болью,
так оно… с любовью.

небо рядом

моим дорогим

dfSCAk99EgU.jpg

моим дорогим

Нам всегда будет мало! – Нас ведь тоже не много.
Звёздами карнавала, карантинной тревогой.
Среди чУмного бала кто-то должен трезвиться.
Ты ещё не устала веселить и резвиться?

Моих давних и прежних, дорогих и любимых незнакомая нежность.
– Нас ещё не убили.Мы ещё повоюем. И не стоит пытаться разлучить нас.
Вживую, наяву и … так, вкратце – поцелуи, объятья, шёпоты-разговоры.
Мои милые братья, други верные, – горы! Горы горькой судьбины.
Стены крепкой породы.Мои руки и спины. Мои дети свободы.

небо рядом

чаевые



чаевые

Не умею просить, –  не приучен. Только: “Господи, выручай!”
Мы не знаем, что нам будет лучше, но всегда оставляем “на чай”.
Чрезвычай нынче, всех накрывает. – Я души в нём не чаял, поверь!
С именинным иду караваем. – Открывай! Но – распахнута дверь.
Чуть поскрипывают петлицы ветра музыкою простуд.
Сердце радуется, веселится. – Погоди! Никого давно тут
не бывало. Дом пуст, не ухожен. Ни хозяина нет, ни гостей.
Стужей, мерзким ознобом по коже:  “А не вы ли – герой новостей?!”
Снится всё. И от яблони – цветом бело-розовым – духом весны –
еле слышное слово поэтово средь погожей блажной тишины.





небо рядом

апреля маята



апреля маята

Настанет музыка едва, – апрель, капель.
По капле – первые слова – вечерний хмель.
Простуды тающий озноб – нет сил хотеть
чего-нибудь, чтоб снова, чтоб… неправда ведь.
Горячей памяти приют – не сон, но гнёт невысказанного.
Поют.  В ответ – поёт душа последние часы чужой земли.
Весны качаются весы – на смерть – к любви
и маятником – от любви – на смерть и вновь
от смертной памяти в крови – к любви – в любовь.